"Сейчас на Бродвее нет запретных тем для мюзикла". Интервью с режиссером мюзикла "Недалеко от нормы" Анастасией Гриненко
07.05.2018

Бродвейский рок-мюзикл о биполярном расстройстве "Недалеко от нормы", получивший Пулитцеровскую премию, стал одним из главных театральных хитов этого года. Журнал ByCard побеседовал с режиссером и переводчиком спектакля Анастасией Гриненко из театра Геннадия Гладкова "Территория мюзикла" о мюзиклах, их переводе и адаптации, культурных различиях — а также о том, какие еще интересные постановки мы увидим в этом сезоне.


Анастасия, вы вместе с братом, Алексеем Гриненко, который сейчас живет в Нью-Йорке, перевели "Недалеко от нормы" Тома Китта и Брайана Йорки на русский язык. Перевод и адаптация мюзикла — это очень большой и трудоемкий процесс. Расскажите о нем подробнее.


Да, переводить мюзиклы — это непросто. В эквиритмическом переводе много нюансов. Нужно сохранять и ритм, и смысл, и фонетику, и размер. Отдельный нюанс — многоголосия.


В "Недалеко от нормы" есть песня, где в припеве поются названия лекарств, а во втором припеве — побочные действия от них. Названия этих лекарств у нас и в США не совпадают, и нам нужно было не только найти их аналоги у нас, но и зарифмовать их. Это была настоящая головоломка. Кроме того, чисто дикционно это также оказалось проблемой, поскольку необходимо было учитывать и верхние ноты, и согласные и гласные звуки. Эндрю Берн, наш американский педагог по вокалу, специально взял урок русского языка, чтобы понять, какие сложности могут возникнуть, и пришел в ужас, поскольку звуки "ы", которых в русском языке полно, для английского абсолютно нехарактерны. А бродвейская школа пения строится как раз на произношении нью-йоркца.


Сцена из спектакля «Недалеко от нормы»


Были ли у вас при переводе и адаптации какие-то драматургические, литературные или культурные сложности?


Да, были. Так, в "Недалеко от нормы" упоминается книга Дэниела Киза "Цветы для Элджернона". У нас ее знают немногие, а в США проходят в школе, поэтому при адаптации мы пытались найти аналог, который бы был знаком нашему зрителю — этим аналогом стал "Идиот" Достоевского.


Вообще, в "Недалеко от нормы" очень красивые образные тексты и эмоциональные сцены. Это непростой материал, затрагивающий много струн в душе. Те, кто смотрел на YouTube бродвейскую версию спектакля, были удивлены тем, что американские зрители смеются во время очень драматичных или душещипательных сцен. У нас так не принято. И мы попытались сохранить эти шутки в самых драматичных моментах.


Также нам нужно было найти подходящий молодежный сленг, поскольку сленг быстро устаревает, и, когда на сцене взрослые люди пытаются изображать подростков, это часто выглядит фальшиво. Причем там есть достаточно грубые слова. Сообщество, которое охраняет авторские права, выпустило целую брошюру на английском языке о словах, которые можно употреблять, так как этот мюзикл любят ставить в школах — и там прописан буквально каждый "fuck". И нам нужно было подобрать русские эквиваленты.


Сцена из спектакля «Недалеко от нормы»


А сложности уже при самой постановке?


До того, как приступить к работе над "Next To Normal", мы обсуждали с одним дирижером состав — актеры плюс рок-группа, и получили ответ: "Нет, это не будет звучать". У нас привыкли, что это обязательно должен быть оркестр. Но это деньги, во-первых, во-вторых — совершенно другое мышление. Но когда он увидел партитуру, то сказал: "Это так грамотно написано, что прозвучит". И, конечно, это прозвучало, живой звук рок-группы — это всегда драйв, всегда особая энергетика.


На самом деле на Бродвее уже настолько изобретательно пишутся мюзиклы, что для небольшого состава инструментов находится много разных интересных форм. Они учатся совмещать разные инструменты. Там существует театральный рынок, поэтому рождается много всего интересного, и, как мне кажется, конкуренция там более дружественная. Я думаю, что мы будем продолжать работать в этом ключе.


Что нужно знать зрителю, чтобы понять этот мюзикл?


Двум главным героям за 40. И у этой возрастной категории есть психологические проблемы. Другие герои — подростки, у них свои проблемы.


Сцена из спектакля «Страсти по Тилю»


Как вы считаете, чем отличаются наши мюзиклы от бродвейских?


Если говорить об отечественных мюзиклах, то это часто обычный концерт, где все строится вокруг песен, которые стараются выстроить под определенный сюжет. Во многих Бродвейских мюзиклах очень много от кино, в них присутствует принцип киношного монтажа сцен, и, конечно же, песни пишутся специально под сюжет.


А если сравнивать с советскими мюзиклами 70ых-80ых? Было ведь много очень сильных.


Да, в СССР сложилась мощная школа, этот жанр развивали очень смелые и сильные авторы. "Звезда и смерть Хоакина Мурьетты", "Юнона и Авось", "Свадьба Кречинского" — это сильные мюзиклы балладного плана. Развитие советского мюзикла происходило так же, как на Бродвее. Позже на Бродвее появилась форма "потока сознания", когда авторы попытались выйти на другой уровень, на котором пьеса представляет собой уже не романтическое сказание, а нечто другое. И это способствовало появлению новых мюзиклов. Сейчас на Бродвее, наверное, уже нет запретных тем для мюзикла.


Сцена из спектакля «Страсти по Тилю»


Пожалуй, мы можем смело сказать о том, что мюзикл, сочетающий поэзию, драматургию, песню и танец — наиболее естественный вид театра. И о том, что если кинематограф сегодня в основном — чисто зрелище, а поп-музыка — инструмент маркетинга, то все самое интересное сейчас происходит именно в театре…


Конечно.


Какие еще постановки "Территории мюзикла" мы увидим в ближайшее время?


Мы готовим премьеру мюзикла "Обыкновенное чудо". У нас есть еще несколько мюзиклов, в числе которых есть и зарубежные, но из чувства суеверия не буду говорить. А сейчас у нас идет рок-мюзикл "Страсти по Тилю" по пьесе Григория Горина с музыкой Геннадия Гладкова и стихами Евгения Евтушенко, Юлия Кима и Юрия Энтина. Мне хотелось бы всех пригласить, потому что это очень нестандартная постановка, и это настоящий рок-мюзикл.


Александр ГАЛЕЦКИЙ, ByCard,

при участии Дианы ЯРОШЕНКО.

Фото Анжелики Грекович.

Журнал ByCard. 7 мая 2018 года.